– Бобы уже на исходе, – гробовым голосом объявил Тиркелл.

– Как и все остальное, – заметил капитан. – Есть какие-нибудь предложения?

– Должно же у них быть хоть одно уязвимое место! – в сердцах воскликнул Андерхилл. – Ручаюсь, что оно есть. – И прикрыл глаза. – Нашел! Человеко-часы! Это ведь постоянная величина. Стоимость продукции, которую человек может выработать за один час, представляет собой произвольную постоянную – два доллара, дюжина дифалов и так далее. По ней мы и должны нанести удар. Культ предков, власть таркомаров – явления чисто внешние, поверхностные. Стоит пошатнуть основу системы, и их как не бывало.

– А нам-то что с того? – спросил Тиркелл.

– Нужно добиться, чтобы человеко-часы стали переменной величиной, – объяснил Андерхилл. – Тогда может произойти все что угодно.

– Не мешало бы, чтобы наконец что-то произошло, – сказал Бронсон. – И поскорее. У нас еды кот наплакал.

– Хватит ныть, – произнес Мэн. – По-моему, Берт подал интересную мысль. А каким образом можно изменить постоянную величину человеко-часов?

– Вот если б удалось заставить их работать быстрее, – задумчиво проговорил Андерхилл.

– Из хорошей дозы кофеина и комплекса витаминов я берусь состряпать отличный стимулятор, – предложил Тиркелл.

Мэн медленно кивнул.

– Только не для инъекций, а в виде таблеток. Если это себя оправдает, мы втихую займемся их изготовлением.

– А что мы выгадаем, черт побери, если венериане будут работать быстрее? – спросил Бронсон.

Андерхилл прищелкнул пальцами.

– Неужели непонятно? Венериане ультраконсервативны. Тут такое начнется!..

– Чтобы заинтересовать венериан, прежде всего нужна реклама, – сказал Мэн. – Он остановил взгляд на Майке Парящем Орле. – Пожалуй, ты, Краснокожий, подходишь для этого больше всех. По результатам тестов ты у нас самый выносливый.

– Ладно, – согласился навахо. – А что я должен делать?

– Работать! – ответил Мэн. – Работать, пока не свалишься.