Тут пришел Ларс Берман – я посылал его пройтись разведать, сколько неприятеля находится поблизости.

– Мы окружены, – выпалил он, прежде чем я успел попросить его говорить потише. – Они оцепили город, захватили близлежащие фермы и установили повсюду баррикады. Их сотни, может, даже тысячи! Кажется, подкрепления мы не дождемся.

К этому моменту собравшиеся опять взбудоражились.

Я успокоил их, сказал, что у меня для всех есть поручения, и расспросил Ларса подробнее о расположении войск. Они окружили весь городок тонким кольцом – его нетрудно было бы прорвать, если бы нам было куда рваться. Похоже, полевая штаб-квартира в палатке их не очень-то заинтересовала.

– Пока что, – сказал я своим слушателям, перекрывая их гвалт, – мы будем сидеть на месте и ждать их дальнейших действий.

Вперед пробился толстый старикан, который когда-то был армейским офицером.

– Можно предположить, что они начнут сжимать кольцо, когда решат, что мы достаточно ослаблены голодом и нервным напряжением, – сообщил он мне. – Они будут входить в город по главным улицам, и там-то нам и следует их поджидать. Я предлагаю установить нашу пушку на площади, где ее можно будет поворачивать на ту улицу, по которой они будут подходить.

Я согласился с ним и выбрал в толпе десять крепких парней, назначив командирами групп. Каждый должен был набрать до пятидесяти добровольцев, как можно лучше вооружить их и расставить по боковым улицам, чтобы они были готовы напасть на фланги наступающих колонн.

Ларс отошел от окна, в которое смотрел.

– На востоке горит ферма или сарай, – доложил он. – И там крутится масса крыс.

Человечек, от которого было много шума, издал пронзительный вопль.

– Это МОЙ дом! – заорал он так, будто это я приказал его поджечь. Он бросился к двери. Я спросил его, куда он собрался.

Он повернулся и бросил на меня обиженный взгляд.