Женевьева рассмеялась его шутке. Демон Потайных Ходов был популярным в Театре Варгра Бреугеля суеверием.

Детлефу подали вина, и вокруг него тоже собралась свита.

– Жени, любовь моя, – он поцеловал ее в щеку, – ты чудесно выглядишь.

Она чуть вздрогнула в его объятиях, его теплота не убедила ее. Он всегда играет роль. Такова его природа.

– Это был просто праздник ужасов, Детлеф, – сказал принц. – Я никогда в жизни так не боялся. Ну, может быть, однажды…

Детлеф, на миг посерьезнев, принял его слова.

Женевьева снова подавила дрожь и почувствовала, что все остальные тоже содрогнулись. Она увидела мгновенно помрачневшие лица среди веселой компании. Детлеф, Люйтпольд, Рейнхард, Иллона, Феликс.

Те, кто присутствовал на представлении в замке Дракенфелс, всегда будут стоять особняком от остального мира. Оно изменило их всех. И Детлефа больше других. Все они чувствовали незримые глаза, следящие за ними.

– У нас в Альтдорфе и без того хватает ужасов, – заявил Тибальт, поглаживая корявой рукой подбородок. – Эта история с Дракенфелсом пять лет назад. Милая стычка героического Конрада с нашими зеленокожими приятелями. Тварь-убийца. Бунты, которые разжигает революционер Клозовски. Теперь эта история с Боевым Ястребом…

Несколько горожан были недавно убиты сокольничим, который спускал на них ловчую птицу. Капитан Харальд Кляйндест, заслуженно считающийся самым упорным полицейским в городе, поклялся предать убийцу правосудию, но тот до сих пор все еще оставался на свободе, убивая всех, кого ему заблагорассудится.

– Такое впечатление, – продолжал канцлер, – что мы по колено в крови и жестокости. Почему вы сочли необходимым добавить еще кошмаров к этому бремени?

Детлеф минуту помолчал. Тибальт задал ему вопрос, над которым многие, должно быть, размышляли в течение всего вечера. Женевьеве не нравился этот человек, но она признавала, что на этот раз он, возможно, говорит дело.