Ловил я нынче скорпиончиков, ловил сердешных, и тут будто меня по темечку кто приложил. Плюхнулся я на песочек, в глазах потемнело, а как вновь прояснилось — глядь: стоит передо мной сам Безносый Белый Майк, в точности такой, как ты его мне описывал. Проскакал он вокруг меня трижды, схватил себя за место средоточения мужественности и провизжал тоненько, что выросла на востоке, в получасе ходьбы от нашего лагеря чудо-елка. Большая, зеленая, только вот заместо иголок на ней укропчик растет, а на самой макушке — большие, круглые, сладкие ягоды. Арбузы называются. И еще сказал мне бог: „Беги, ленивый, глупый Му, расскажи о чуде достойному подвижнику, любезному моему сердцу М'Чурингу, потому как если кто от ягоды-арбуза вкусит, тот всю мудрость мира враз познает“. И исчез. А я, признаться, позабыл совсем и…»

Даже не дослушав объяснений, гуру отшвырнул недоеденного скорпиона и припустил на восток со скоростью гончего тигропарда. Котомка с вожделенной шкатулкой гулко шлепала аскета по тощему заду. Мунин рысил следом, молясь про себя всем богам, чтобы его затея удалась, в противном случае обещая всенепременно дать дуба.

Боги не подвели.

Елка выросла — на загляденье! Высокая, стройная, она на несколько километров вокруг распространяла терпкий запах свежего укропа. У Мунина аж глаза с непривычки заслезились, а аскету хоть бы хны — стоит изваянием из черного дерева и не дыша на арбузы вожделенные пялится. Да вот незадача: те на самой верхотуре висят, куда хрен залезешь. Мунин и рта раскрыть не успел, как М'Чуринг снял котомку, положил бережно на песочек, потом подскочил к елке, схватился обеими руками за ствол, да ка-а-ак затрясет… Короче, когда счастливый Мунин в облике ворона улетал с сандаловой шкатулкой в клюве, великий гуру, засыпанный арбузами по самую курчавую макушку, начал только-только приходить в себя.

Обратно друид мчался так, что встречные орлодоны только в стороны шарахались. Ибо что это за черный комок перьев несется — не разобрать, посему жрать его опасно, а на пути оказаться — тем более. Он ведь на такой скорости все перепонки насквозь прошибет, да так, что даже Праотец Рамфонрих с Праматерью Птеродактилью не залатают…