«Кейла, это землетрясение!»

Она услышала звук прежде, чем почувствовала его, – странное, низкое рычание, как будто огромное, изголодавшееся животное пробудилось от сна. Кейла быстро собрала свои пожитки в рюкзак и закинула его за спину. Теперь она ощущала смертоносную вибрацию. Да, голодное животное. Планета Стикс проснулась – голодная и готовая пожирать жизни шахтеров.

«Выбирайся наружу. Торопись…»

Она уже бежала по скользкому каменному полу пещеры так быстро, как только могла. Пол шевелился и вздыбливался под ее ногами, сталактиты вздрагивали и с хрустом рушились вокруг нее. Смертоносные куски черных сталактитов тяжелыми стрелами срывались сверху, целясь в ее спину, в ноги, в любую открытую и уязвимую часть тела.

Где же выход из пещеры, куда же он делся? Кейла ничего не видела. Пыль метакристаллической породы заполняла воздух, забиваясь в ноздри и рот, заставляя ее заходиться кашлем. Еще несколько метров, и…

Что-то взревело и сбило ее с ног, бросив ничком в удушающую пыль. Она пыталась встать на ноги, доползти до безопасных, усиленных крепежными сваями внешних коридоров, но в тот момент, когда она рванулась к свету, мир вокруг почернел и наступила тишина.

Открыв глаза, Кейла не обнаружила ничего, кроме темноты. Все тело болело, словно ее жестоко избили. Она ощущала, хотя и не могла видеть, как что-то давило на ее левое плечо. Где она? В пещерах? Нет, почва была слишком мягкой. Пальцы Кейлы нащупали шелковистую ткань постельного белья. Дома? Неужели она только что поцеловала своего отца и пожелала ему доброй ночи?

Нет, она не дома. Не в своей постели.

Воспоминания нахлынули потоком, захлестывая разум, разворачиваясь перед глазами. В комнате стоял острый запах медикаментов. Это не сон. Она находится в госпитале. Но каким образом?..

– Ты пришла в себя? – прозвучал тихий голос – до того знакомый, что к горлу Кейлы подкатил огромный комок.