Возможно, моя просьба и не вызвала у проводниц восторга, но начальственный тон сделал свое дело, и девушки закивали.

— Во-вторых, пассажиры из соседнего купе попросили у меня получасовую консультацию — я по профессии психотерапевт. Но они не вызывают у меня особого доверия, поэтому, если через тридцать минут я не выйду из купе, пожалуйста, пусть одна из вас постучит к ним и поинтересуется, все ли в порядке. А вторая в случае чего-нибудь подозрительного свяжется с начальником поезда.

На этот раз девушки отреагировали эмоциональнее. В глазах у них вспыхнул интерес, у блондинки порозовели щеки, и закивали обе куда энергичнее.

— Не беспокойтесь, мы не подведем, — заверила шатенка. — А зачем им понадобилась консультация?

— К сожалению, это профессиональная тайна, — вздохнула я, подогревая ее любопытство. Теперь можно было не сомневаться, что девицы глаз не спустят с подозрительной двери.

— Ну наконец-то! — воскликнул мордастый Анатолий, когда я явила ему свой светлый лик. — А мы уж начали опасаться, что вы нас кинули.

Он заметно опьянел с тех пор, как приходил ко мне в купе. Розовые щеки превратились в пунцовые, в серых глазках появился подозрительный блеск. Я предусмотрительно приземлилась на противоположную полку рядом с Василием, который выглядел все таким же трезвым и бдительным.

— Ну-с, — сказал Анатолий, разливая по стаканам остатки коньяка. — За знакомство? Как вас величать, милая фройляйн? Или, может быть, фрау?

— Фройляйн, фройляйн, — успокоила я его. — Земфирой меня величать.

— Как, как? — Толик выпучил глазки.

— Земфирой. Это цыганское имя. — Я гордо тряхнула вороной гривой.

Потом я вдохновенно врала, что работаю танцовщицей в цыганском кабаке, что в Питер еду присмотреть себе ангажемент повыгоднее, поскольку после кризиса родной кабак обеднел; что петь я не умею — нет-нет, и не просите, Бог слуха не дал; что бабка моя еще кочевала с табором, а мать вышла замуж за артиста театра «Ромэн» — и так далее и тому подобное. К концу оговоренного срока я окончательно изолгалась, и язык у меня начал заплетаться, даром что выпила совсем немного — граммов семьдесят, не больше.