Похоже, Шриви немного успокоился. И снова уселся в кресло.

— Шериф, это устройство еще не прошло стадию эксперимента. Мы никогда не проводим испытания генераторов поля Шриви без надлежащего оснащения пилотов медицинскими датчиками, а сейчас у нас еще не пройдена стадия морских свинок! Что если щит отключится, когда ваш человек будет находиться под его защитой? Она лунянка? У нее есть медицинские порты?

— Я вас поняла. Я дам необходимые объяснения шерифу Сервантес.

— Шериф, подождите. Все работает?

Гекати нахмурилась.

— Щит функционировал нормально? Все в порядке? Радиации не было?

— Э-э-э, пользователь занес немного радиоактивного материала на ботинках внутрь щита, но это, естественно, не означает дефект шриви-щита. Щит действует отлично, насколько мы можем судить.

Макс Шриви прикрыл глаза, болезненные морщины на его лице разгладились. Казалось, в этот миг вся его жизнь получила оправдание. Потом он вспомнил о нас.

— Я хотел бы, чтобы вы вкратце рассказали мне об обстоятельствах использования щита, — быстро проговорил он. — Мы бы хотели сохранить записи в журнале, в особенности если наше устройство послужило правому делу.

Еще бы — скажите спасибо, что никто не изжарился!

— Мы вернем вам вездеход через час и, само собой, очень вам благодарны, — ответила Гекати. — Надеюсь, что смогу полностью рассказать вам историю расследования, но не раньше чем через неделю. Однако даже после этого, а тем более сейчас, я попрошу соблюдать конфиденциальность.

— Хорошо, я понимаю. До свидания, шериф… э-э-э… Бауэр-Стетсон.

Экран погас.

Гекати смотрела в пустой экран.

— Что теперь?

— Передайте вашим людям, пускай пилот идет в кабину.