— Я останусь с тобой.

— Черта с два!

Она посмотрела на меня, и взгляд ее был холоден и непреклонен, как стальное лезвие.

— Когда речь идет о тебе, мне наплевать не только на общественное мнение, но и на собственную шкуру. Ясно? Я останусь с тобой, пока это дело не закончится.

Я ругался, умолял, объяснял, но Марта выехала из города, непоколебимая и безрассудная. В конце концов я сдался. Не мог же я выкинуть ее из машины. Впрочем, это тоже не помогло бы избавиться от нее.

Наконец она сказала:

— Ты, конечно, знаешь самое простое, логичное и безопасное решение для всего происходящего.

— Какое?

— Уйти за пределы досягаемости Эриан, и пусть Дэвид отвечает за последствия собственных грехов.

— Он вполне заслуживает этого! — взъярился я.

— Но ты же не захочешь уйти.

— Как я могу, Марта? — И я снова начал кричать на нее, говоря, что ей самой следует уйти из нашего дома.

— Ладно, все устроится. А теперь давай подумаем. Я полагаю, что обратиться в полицию мы не можем.

— Вряд ли. Даже подумать страшно — предложить тупоголовому копу забрать женщину с лавандовыми волосами, занимающуюся колдовством. Ты думаешь, что тиара Эриан помогает ей… ну, воздействовать на чужое сознание?

— Точно не знаю. А раз мы этого не знаем, Раф, мы можем подозревать что угодно.

Я вспомнил необъяснимое облегчение, появившееся у меня, когда Марта выбросила мое кольцо. Не могло ли кольцо быть контактной антенной, фокусной точкой для концентрации энергии Эриан, которая усиливалась и целеустремленно направлялась пучком золотых и платиновых проволочек и кристаллом с причудливыми гранями? Вспомнил я и сверкающее ожерелье на шее Бэт в ночь ее смерти.

«Эти подарки должны быть сделаны от души».

— Как же нам поступить, Раф? Я просто ума не приложу. А ты?

— Я полагаю, нам нужно встретиться с ними лицом к лицу и поговорить начистоту.

Марта вздохнула, и мы погрузились в унылое молчание.