В детстве он обещал стать красавцем, однако в отрочестве черты его лица загрубели и стали более резкими, так что теперь он стал похож на Бенедикту в той же мере, что и на Сандера. Однако внешность его производила впечатление цельности: густые, темные брови, благородно очерченный рот, вполне подходящий ко всему остальному нос. Ладони у него были большими и крепкими — за них так и хотелось подержаться, во всем его облике чувствовалась какая-то размеренность. Андре вызывал у людей чувство доверия, и вовсе не напрасно. Чего нельзя было сказать о Ветле.

— Поезжай, — сказал Хеннинг Андре.

— Да, мне кажется, так и нужно сделать, — согласилась Бенедикта.

Юноша с облегчением вздохнул. Его манили приключения.

— Ты поедешь поездом? — спросил Хеннинг. Досадуя на самого себя, Андре ответил:

— Я… не знаю. У меня есть немного денег… Его мать поняла, что он имеет в виду.

— Ты хочешь поехать на автомобиле или на биле , как говорят датчане? — спросила она.

— Но это слишком дорого, — торопливо заметил Андре.

Хеннинг и Бенедикта переглянулись.

— А ты смог бы на нем ехать? — спросил Хеннинг. — Ты же знаешь, как они мчатся. Говорят, они достигают скорости многих километров в час.

— Я уже пытался водить автомобиль Кристоффера, — ответил юноша. — В этом нет никакой премудрости. Может быть, мне одолжить его?

— Мне кажется, этого не нужно делать, — ответил Хеннинг. — Кристофферу самому нужен автомобиль, и к тому же это не игрушка. Но у меня есть кое-какие сбережения, да и у твоей матери наверняка водятся деньги. Что скажешь, Бенедикта? Не исполнить ли нам желание мальчика?

— Сначала нужно переговорить с его отцом, — ответила Бенедикта.

— Но Сандер и сам интересуется автомобилями, так что…

Андре переводил взгляд с одного на другого. Улыбка его становилась все более широкой и счастливой.

И вот он едет на своем автомобиле через Южный Трондхейм. В самом начале поездки автомобиль был блестящим и новеньким. Теперь же весь лак с него сошел, и автомобиль скрипел хуже старого церковного органа. Дважды у него заканчивался бензин в дороге — а до ближайшей заправки было далеко — и ему приходилось либо толкать автомобиль впереди себя, либо идти несколько километров пешком.