— Да уж, не сообразила, — я почувствовала слабые угрызения совести. — Наверное, все еще жива привычка оглядываться на инквизицию. Смотрители даже применение такой слабенькой магии могли посчитать актом агрессии по отношению к людям. В Заокеании мне и то дышалось свободнее — туда я приехала уже как эстаминиэль, а здесь…

— Все напоминает тебе о времени, когда любой инквизитор мог заставить бедняжку Найту доказать Право, — закончил за меня Максимилиан. — Слабость, глупость… юность. Не смотри так, я не читал твои мысли, — улыбнулся он, отлепляясь от Дэриэлла. Тот немного расслабился и тут же постарался отодвинуться подальше, насколько это было возможно в автобусной давке. — Просто почти по той же причине мне неуютно бывает в Северном замке. Иногда приходят воспоминания о том, каким он был до того, как… — Ксиль вдруг осекся и продолжил с натужной веселостью: — Ну, это кроме того, что там нет горячей воды и стекол в половине окон… и вообще это неуютное место… нежилое… совершенно. М-да. Как думаешь, нам долго еще ехать? — внезапно спросил он.

Сердцем я почуяла его замешательство и послушно перешла на другую тему:

— Думаю, час или около того. Пробки. Впрочем, можно попробовать выйти на остановке возле торгового центра и добраться пешком. Срежем путь через железнодорожный переезд, мимо завода, и доберемся быстрее, чем на автобусе. Только сапоги промокнут наверняка, с таким-то снегом, — я глянула в маленькое «окошко», оттаявшее под моей ладонью.

Метель все так же гнала облака белого пуха над тротуаром. Прохожие зябко кутались в шубы, прятали носы в воротниках и шарфах и шли, наклонившись вперед, словно преодолевали сопротивление ветра.

Впрочем, возможно, так оно и было.

— Зато не будем мучиться в духоте, — неожиданно поддержал идею «пешего похода» Дэриэлл. — И заодно обсудим еще раз план действий.