– Никогда еще меня так хорошо не обслуживали, – отметил незнакомец, прощаясь с ней.

И выдал столь щедрые чаевые, что она не преминула сделать ему реверанс.

В следующую среду, когда Жанетт млела от удовольствия, доводя до совершенства благородную конечность мсье де Крэси, дверь салона открылась, пропуская внутрь давешнего улыбчивого толстяка. Может, он что-нибудь позабыл? Но нет, он направился прямиком к мадам Артюр и потребовал приема у мадемуазель Жанетт сразу после клиента, которого она обслуживала. Жанетт бросила взгляд на пальцы незнакомца и увидела, что ногти на них – столь же длинные, как и накануне прошлого визита. Возможно ли такое? Она с некоторой нервозностью возобновила работу, но мсье де Крэси, пораненный ее неловкими движениями, вскрикнул от боли:

– Осторожнее, что вы делаете?

Униженная впервые за всю свою долгую карьеру, Жанетт кусочком ваты снимала с мизинца клиента капельки крови. Де Крэси покинул ее с нахмуренной миной, но она не придала этому ни малейшего значения. Всем ее вниманием целиком и полностью завладел незнакомец, который уже устраивался перед ней.

– Они очень быстро отросли, – заметила она, разглядывая его руку на подушечке.

– Время – понятие весьма относительное, – ответил он со смехом, и его лицо покрылось сеточкой мелких морщин.

Жанетт не поняла, что он этим хотел сказать, и вытащила из корзинки самые крупные кусачки. Зная его особенности, обрабатывать ногти было легче. Уже через час они вновь стали презентабельными. Аккуратно обрезанные в полукруг, обточенные розовым камнем и отшлифованные замшей, они отражали свет, будто крохотные зеркальца.

– До послезавтра, – попрощался он, вставая.

Она приняла это за остроумную шутку, однако через два дня он был тут как тут – с лукавой улыбкой на губах и ногтями по два сантиметра на каждом пальце.