Так что на мамины плечи легли все тяготы их существования. Именно существования, потому что жизнью это теперь нельзя было назвать. Даже самые близкие друзья из семей офицеров, воевавших вместе с отцом, винили его в гибели тридцати шести человек. Именно поэтому Тана с замиранием сердца ожидала решения Королевского военного трибунала. Только он мог расставить все по своим местам и снять с отца несправедливые обвинения. Она знала, что скоро к нему вернется заслуженное уважение, и они опять будут жить, как раньше. Пока же ей надо было ждать. Просто ждать, а не ввязываться в стычки с однокурсниками.

Тана сидела за столом, сжимая и разжимая кулаки. Она забыла привести волосы в порядок, и они свободно рассыпались по плечам, придавая ей вид воинствующей амазонки. При почти мальчишечьей фигуре Тана обладала невероятным обаянием, перед которым парни просто терялись. Тайно в нее был влюблен весь курс, но она никому не делала шагов навстречу. Это тоже служило поводом для неприязни. Парни любят добиваться своего, а девушки плохо переживают подобную конкуренцию. За глаза ее частенько называли ведьмой.

Следующий урок обещал, как всегда, быть скучным и неинтересным. Вела его пожилая преподавательница, которая безуспешно пыталась научить их никому не нужному, но обязательному для космолингвистики языку выходцев с планеты Эдем, от которого произошли все диалекты Союза Девяти Миров. Неожиданно в аудитории раздался властный голос:

— Студенты! Встать! Представитель Королевского военного трибунала господин Энре Ларуж!

В дверном проеме показались несколько человек в форме исполнителей, с оружием в руках, которые вытянулись вдоль окон и рядом с дверью. Через минуту не спеша и уверенно в аудиторию вошел высокий мужчина в строгом темном костюме, за которым плелся, перебирая короткими ногами, директор Академии. Директор часто моргал слезившимися глазками, щурился и заглядывал в лицо Представителя, боясь пропустить хоть слово.