Очень не вовремя вернулась боль в простреленном плече, и Леший рискованно повис на одной руке. Если бы прицепившийся к ботинку противник просто болтался мертвым грузом, сталкер мог и потерпеть, но враг тянул вниз, и Лешему срочно требовалось что-то предпринять. Он что есть силы двинул свободной ногой, пытаясь сбить «гирю».
Повисший на ноге у Лешего боец стойко выдержал сокрушительный удар и не разжал захват.
Сталкер взглянул вниз. Картина ему представилась неприятная до холодных мурашек. Повисший на ноге «бройлер» выглядел, как кусок тщательно отбитого и пережаренного мяса. Боевой костюм его был изодран, из спины у человека торчали сломанные ребра, кожа и мышцы тлели, пузырилась кипящая кровь, лицо бойца обуглилось, глаза превратились в мутные белые шары. Но человек все еще был жив. Более того, он пытался подняться повыше, цеплялся уже за пояс Лешего и явно тянулся дальше, к горлу врага.
Сталкер стиснул зубы и рискнул во второй раз. Он собрал волю в кулак, попытался внушить себе, что боль ушла, а затем попробовал пошевелить простреленной рукой. Получилось не очень хорошо, но все-таки получилось. Худо-бедно рука по-прежнему работала.
Воодушевившись, Леший попытался отцепить пальцы умирающего «бройлера» от своего пояса. Удалось это только после того, как последние силы все-таки оставили бойца и он отдал богу душу. Продержись парень еще хотя бы минуту, схватка осталась бы за ним. Второго падения на дно оврага Леший мог не выдержать.
Сталкер уцепился за край оврага обеими руками, напружинил мышцы и вдруг понял, что не может подтянуться.