Мужчина внимательно следил за стеклянным цилиндром, выглядывавшим из футлярчика, и медленно отводил поршень шприца, пока в бесцветной жидкости не показалось неровное пятно крови. Он вновь нажал на поршень.

– Не двигайтесь, пожалуйста. К сожалению, процедура займет некоторое время. Необходимо ввести в Вас много моего препарата. – Снова безразличный голос доктора. Таким тоном несколько минут назад он рассуждал об акустике, камертоне и дереве. – Здоровые биологические системы излучают сильное поле, а больные – очень слабое, или оно вообще отсутствует. С помощью довольно примитивного устройства, электроскопа, можно установить, существует или нет в организме группа переродившихся клеток, и если да, насколько далеко зашел процесс, каковы размеры поврежденного участка. – Он продолжал нажимать на поршень, передвинув другую руку таким неуловимо-мягким движением, что погруженная в ее плоть игла даже не шевельнулась. Это начинало раздражать не меньше, чем знакомая тянущая боль от обычной внутренней инъекции, после которой останется синяк.

– Вам интересно, почему нанашегометаллического кровососика надет футляр с проводом?Уверенна сто процентов, совершенно не интересно. Вы не хуже меня понимаете, что я просто стараюсь Вас отвлечь. Но все-таки, давайте объясню? Это просто катушка, создающая переменный ток высокой частоты, обеспечивающий магнитную и электростатическую нейтральность раствора. – Быстрым движением он вытащил иглу; приложив ватку, согнул ей руку.

– Впервые после процедуры мне не объявили... – произнесла она.

– Не объявили? Что?

– Сколько будет стоить курс лечения.

Она вновь ощутила одобрение, которое вызвала реплика. На сейразон высказал его вслух. – Мне нравится, как Вы держитесь. Ну, как мы себя чувствуем?

– Как девушка, в которой живет ужасный нервный срыв. Он пока дремлет, но если вдруг проснется... Не будите спящую истерику!

Мужчина коротко рассмеялся. – Скоро почувствуете себя так странно, что времени и сил на истерики не останется!