- Спасибо. - Она не могла сдержать слез. - Что мне теперь делать?
- Как что? Возвращайтесь к себе, соберите осколки разбитой жизни, начните все заново, так сказать.
- Но вы ведь сами сказали...
- Когда до вас наконец дойдет, что я не только поставил диагноз?
- Вы... Вы хотите сказать, что вылечили меня?
- Я хочу сказать, что вы сами себя лечите. До сих пор. Я ведь вам рассказывал, помните?
- Помню, но не все. - Она украдкой (но он все равно заметил) ощупала грудь.
- Она не исчезла.
- Если я сейчас вас стукну палкой по голове, - сказал он с утрированной грубостью, - на ней вырастет шишка. Завтра и послезавтра она будет украшать голову, а спустя два дня начнет потихоньку рассасываться. Через неделю еще будет заметно, а потом исчезнет бесследно. То же самое произойдет с вашей опухолью.
Только сейчас до нес дошло все значение услышанного и испытанного.
- Один-единственный сеанс лечения, полностью избавляющий от рака!
- О Господи! - он тяжело вздохнул - Неужели снова придется выслушивать эти напыщенные душеспасительные речи? Ну нет!
- Какие речи?
- О моем долге перед людьми. Обычно они бывают двух типов: впрочем, возможны вариации. Первый начинается с призывов послужить благу человечества, что в итоге сводится к подсчету доходов, которые эта бескорыстная служба несет. Второй ограничивается лишь страстными призывами, его я слышу весьма редко. Увы, и таких выступлениях игнорируется проблема парадоксального нежелания людей принимать полезные советы, если они не исходят от так называемых заслуживающих уважения источников. Те, кто выдает поучения первого типа, прекрасно все понимает, и придумывает недостойные способы обойти препятствия.