Замолчав, он переключил фиксофон на перемотку проволоки со сделанной на ней записью. Аппарат мелодично звякнул. Жоаким шумно выдохнул:

- Вот и всё.

Инспектор сидел, насупив брови. Биолог выжидал, когда тот соизволит открыть рот.

- Далеко, однако, вы заходите, - наконец обронил инспектор.

- Не понял, Ваша Бдительность.

- Я говорю, заносит вас. Вы тут упоминаете Человека. Боюсь, что это на грани допустимого.

Жоаким принялся отчаянно жестикулировать.

- Да оградит меня Высшее Существо от дурных намерений, Ваша Бдительность. Это не более чем слова, выражающие научную гипотезу. Я знаю, что кощунственно касаться вопросов эмбриологии Человека. Преисполняюсь ужаса лишь при одной мысли о... но от слова до дела ведь так далеко, верно?

- Конечно, конечно. Но сия фраза явно неудачна, и она окажет на Консисторию весьма неблагоприятное впечатление. А посему, не уверен, позволят ли вам продолжить опыты на пернатых.

Жоаким протянул руку, указывая на фиксофон.

- Ни соизволите ли выслушать мой отчет с самого начала?

- Нет, нет. Просто отдайте мне запись - и все. Она будет прослушана в нужном месте и в нужный момент. А сейчас лучше по-быстрому резюмируйте для меня итоги вашей научной деятельности за истекший месяц.

Ученый, нажав кнопку на панели аппарата, извлек кассету и вручил её своему посетителю. Тот сунул её в портфель и скрестил пальцы в позе выжидания.

Жоаким откашлялся.

- Хм... значит, так! Мне удалось инициировать в колбе зарождение нормального экземпляра земноводного из яйца, сначала вылущенного, а затем вновь обретшего ядро обыкновенной клетки, взятой у живой взрослой особи. Ее донором при этом выступал самый обычный эпителий.