— Ждала, хотела снова вас увидеть.

Полоцкому было достаточно этих слов. Собственные проблемы интересовали его куда больше любых других. Весь вечер Марина опять слушала про Диану и семейные неурядицы. Многое из сегодняшних речей девушка уже слышала в кафе, однако ее хозяину снова надо было выговориться. И она не перебивала. Прочитав за эти три дня лежащие на тумбочке газеты с колонкой светской хроники, юная путана смогла представить себе красавицу Диану, высокую, черноволосую, умопомрачительно одетую, однако холодную, бесплодную и несчастную. Жалость к Диане гнездилась в Маринином сердце не более минуты. Возможно, судьба предоставила ей шанс занять место этой дамы, осчастливить сидящего с ней мужчину, познакомив его с настоящей любовью, и в конце концов родить ему наследника. Иначе зачем эта встреча на городском мосту?

В тот вечер секса между ними не было. Полоцкий даже не остался до утра. Просто ни с того ни с сего прервал разговор, вызвал шофера, попрощался, уехал, ничего не обещая, однако на следующий вечер заехал опять и с тех пор заезжал постоянно. Марина тактично ждала, когда же он обратит на нее внимание как на женщину, придумывала различные уловки, чтобы затащить его в постель. Валерий заметил это.

— Там, на мосту, я сказал тебе, для чего ты мне нужна, — проговорил он. — Неужели ты еще не натрахалась?

Девушка почувствовала, как после этих слов пол уходит из-под ног. Сейчас ей ясно дали понять, где ее место. Она молча прошла в комнату и принялась переодеваться в то самое платье, в котором собиралась прыгнуть с моста.

— Дура, — констатировал Полоцкий, увидев ее в старом наряде. — Уйдя сейчас отсюда, ты подтвердишь то, о чем думаешь. Еще раз повторяю: мне не нужна сексуальная рабыня. Это ли не показатель моего отношения к тебе?

Марина растерянно смотрела на него, не зная, как быть. Он не хочет, чтобы она уходила. Она тоже этого не хочет. Может быть, ему нужно время? А может, он хочет дать время ей, время на перерождение, на метаморфозы, время, чтобы превратиться из вокзальной проститутки в блестящую леди, и тогда, кто знает…