– Будущее нельзя изменить. Видящие только предупреждают об опасности. Как ты предупредил нас.

– Ну, да. А если в следующий раз у меня не получится?

Блин, как же я не люблю слово «ответственность»! Еще больше, чем слово «должен».

– У нас опытный Первоидущий, господин. Теперь он знает о начале сезона, и будет осторожнее.

– Выходит, он и об этом укрытии знал, и специально гнал нас сюда?…

На этот вопрос я не получаю ответа, да и не жду его, если честно. А с караванщиком нам, в натуре, повезло. Тертый мужик оказался. Поверил он моей болтовне или нет, не знаю, но действовать решил по принципу: лучше перебдеть, чтобы потом не было мучительно больно.

А застань нас буря под открытым небом, и никто не спасся бы.

– Кто-то бы спасся, – поправляет меня Крант. – Из тех, кто знает, что делать. И кто делает, а не боится.

А я смотрю на Кранта и пытаюсь понять: он мысли мои прочитал или я сам их озвучил, и не заметил.

У горизонта полыхнула зарница. И я вдруг увидел… или вспомнил…

Красно-оранжевая сеть дрожит под напором силы. Как тяжелая от росы паутина. Ветер трогает ее, и капля срывается вниз. Падает, сверкая. Превращается в огромную ветвистую молнию. А внизу –люди и животные. Кто-то в ужасе бежит. Кто-то остается на месте. Замирает от страха. Или строит защитный контур. Кто-то отдает приказы. Им повинуются. Или не слышат их. Бегут. Сгорают… Еще капля огня срывается вниз…

– Нутер?…

С трудом прихожу в себя. Глаза пялятся на горизонт и не хотят закрываться. Хоть пальцами их закрывай!

– Там туча, видишь?

Кран смотрит сначала по сторонам, потом на меня и, совсем уж в последнюю очередь, туда, куда я показываю.

– Не вижу, нутер, – не сразу отвечает он.

– Но я же!…

– Ты – Видящий. А я всего лишь оберегатель твоего тела.

«Всего лишь». Ну-ну. Побольше таких «всего лишь», и лекари этого мира вымрут с голоду.