Хорошо, что я еще не могу переделать мир по-своему. Но фантазировать могу. Уж эти-то трое любят, чтобы мы фантазировали. Но и знали тоже. Знать, чтобы фантазировать!

А та площадь... Была она на самом деле или нет? Были пятиэтажные дома с колоннами или нет? И трамваи и троллейбусы?

Да если это все только в моей голове, то уж я бы, наверное, смог распорядиться так, чтобы всем было хорошо. И чтобы космические корабли летали, и машины друг на друга не наезжали, и хлеба было у всех вдоволь, и маму не гоняли каждый год на сельхозработы!

И отец бы не...

Значит, это все было! Было! Хоть на миг, но было! Я создал мир таким, каким хотел, да только ничего хорошего из этого пока не вышло.

Стыдно. Так стыдно. Казалось ведь, что я все знал, все предусмотрел, а выяснилось, что даже такой мелочи, как светофор, не мог выдумать. Да что светофор! Люди-то, люди-то куда рвались? Они же рвались из этого созданного мною мира, хотя в нем на каждого было по булке хлеба и по шароварам с широким поясом. Ну, шаровары-то, впрочем, это только для нас, взрослые не очень ими прельщаются.

Я чувствую, что стало холоднее. Но ветер все так же метет снег, закручивая вихрями верхушки сугробов. Носки в ботинках промокли и уже заледенели.

Надо идти домой, но стыдно. Ведь никто там не знает, что я нафантазировал, а все равно стыдно.

Взялся и не справился.

Но у меня-то еще есть время. Все равно попробую. А вот отец уже ничего не сделает. Тоже был фантазером, как мама говорит. Чудил и выдумывал черт знает что.

Но у меня получится!

Получится!

Я вот только подучусь немного... Немного...

Тоска в душе после всего, что со мной сейчас произошло. Может, зря я затеял эту переделку мира? Может, у меня и через сто лет ничего не получится? Ну нет! Чтобы никогда никто не увидел далекие миры в других галактиках? Чтобы люди сутками толклись в очередях? Чтобы и другие отцы пьянствовали от тоски и от того, что сами не смогли переделать мир?