Артуру пришло в голову, что раз они добрались до конца, точнее, до начала всех ужасов, которые смутно пережили, сейчас должна стрястись беда. Ему не хотелось думать, что эту идиллическую страну постигнет несчастье. Он тоже задрал голову. В небе ничего не было.

- Что, неужели сейчас на это место нападут? - спросил он. Он сознавал, что находится внутри фильма, но все равно нервничал.

- Никто на это место не нападет, - сказал Слартибартфаст с неожиданным волнением в голосе. - Это исток всему. Это та самая планета и есть. Криккит.

Он уставился вверх.

Небосвод, от горизонта до горизонта, с востока до запада, с севера до юга, был абсолютно черен.

11

Топ-топ.

Шшшшрр.

- Рада быть полезной.

- Затвори пасть.

- Спасибо.

Топ-топ-топ-топ-топ.

Шшшшрр.

- Спасибо, что осчастливили простую скромную дверцу.

- Чтоб твои диоды сгнили и выпали.

- Спасибо. Вам того же.

Топ-топ-топ-топ.

Шшшшрр.

- Польщена честью раскрыться перед вами...

- Сгинь.

- ...и премного довольна вновь затвориться с сознанием выполненного долга.

- Сгинь, тебе говорят, дурилка пластиковая.

- Спасибо за внимание.

Топ-топ-топ-топ.

- Уф!

Зафод остановился. Он уже много дней шлялся, не зная покоя, по "Золотому сердцу", но еще не было случая, чтобы какая-нибудь дверь сказала: "Уф!" Да и сейчас он был почти уверен, что "Уф!" исходило не от двери. Не характерное для дверной речи выражение. Чересчур осмысленное и лаконичное. Кроме того, в звездолете просто не нашлось бы столько дверей пресловутое "уф" прозвучало так, будто его произнесли сто тысяч человек разом. А ведь Зафод был на борту один.

Было темно. Зафод отключил большинство второстепенных систем и механизмов. Корабль лениво дрейфовал где-то в галактической глуши, окруженный чернильно-черной пучиной космоса. Откуда здесь взяться сотне тысяч людей и что они хотели сказать этим своим "Уф!"?