— Даже если в твоем распоряжении окажется вся информация о Вселенной, ты не станешь Человеком, могущественный Фрост.

— Ты ошибаешься, Мордел.

— Почему же строчки стихов, которые ты читал, заканчиваются звуками, сходными с конечными звуками других строчек?

— Не знаю.

— Потому что Человеку нравилось располагать их в таком порядке. Это производило определенное впечатление. Когда Он читал стихи, образное значение слов порождало чувства и эмоции. Переживания не доступны для тебя, потому что они неизмеряемы. Ты не можешь чувствовать.

— При наличии достаточной информации я выясню, что это такое.

— Это невозможно, великий Фрост.

— Кто ты такой, примитивный механизм, чтобы говорить мне, что я смогу сделать, а что — нет? Я — наиболее совершенное логическое устройство, которое когда-либо создавал Солком. Я — Фрост.

— А я, Мордел, говорю, что у тебя ничего не получится. Хотя я мог бы с радостью помочь тебе попробовать.

— Чем ты можешь мне помочь?

— Чем? Я мог бы предоставить в твое распоряжение Библиотеку Человека, путешествовать с тобой вокруг света. Ты мог бы увидеть удивительные вещи, которые еще остались от Человека. Они надежно спрятаны. Я мог бы подобрать для тебя различные картины далекого прошлого, оставшиеся от тех времен, когда Человек еще жил на Земле, показать тебе то, что восхищало Его, Я мог бы добыть для тебя все, что ты пожелаешь, кроме самого Человека.

— Достаточно, — сказал Фрост, — как может такая машина, как ты, делать подобные вещи, если на это нет санкции Великой Власти?

— Слушай меня, Фрост, Контролер севера, — сказал Мордел, — Такая санкция есть. Я служу Дивкому.

Фрост запросил Солком, но не получил ответа. Это означало, что ему было позволено поступать по своему усмотрению.

— Я имею разрешение уничтожить тебя, Мордел, — сказал он. — Но это нелогично; я потеряю сведения, которыми ты обладаешь. Ты действительно способен сделать все, о чем шла речь?