- Мы имеем самоубийство, которое не внушает доверия, а Вавр, между тем, настаивает, что это sans signification - то есть, значения не имеет.

Первая коробочка дорисована. Французские слова произнесены с парижским прононсом: Пабджой гордится своим французским.

- Странность самоубийства в том, что Маршан вне всякого сомнения принял смертельную дозу снотворного, не находясь при этом в депрессии, как обычно бывает. И у него не было неприятностей, с которыми он бы не мог справиться, - по крайней мере явных. Если, конечно, не считать поводом к самоубийству аграрную политику Европейского сообщества. И вообще я, признаться, не верю, что член правительства способен покончить с собой они и с должности-то никогда не уходят, если нет для этого настоящей причины.

Второй кубик - побольше - заключил в себя первый.

- Стало быть, неприятности у него были, только о них никто не догадывался. И если уж у человека, который в правительственных кругах ошивался почти тридцать лет, неприятности такие, что ему приходится заглатывать двадцать таблеток нембутала, то мы имеем, я бы сказал, ситуацию.

Третья коробочка готова. Для Пабджоя жизнь делится на "ситуации" и "пустышки". "Ситуация" - это то, в чем следует разобраться. "Пустышка" фальшивая ситуация, которая только запутывает дело и толкает опрометчивого человека на пустую трату сил и казенных денег. От природы бережливый, Пабджой терпеть не может пустых трат.

Мне-то казалось, будто есть дела поважнее, чем доказывать, был или не был у покойного французского министра скелет в шкафу. Ни для кого не секрет, что в шкафах французского правительства полным-полно черепов и берцовых костей. Только французам до этого и дела нет. Докапываться до истины, отметил один выдающийся представитель этой страны, не в привычках его соотечественников.

Пабджой тщательно дорабатывал четвертый кубик.