— Тоже верно, — кивнул ведун, поднял свой ремень, опоясался, спрятал саблю и выдернул нож. — Но хоть по ломтю, а зажарить надо. Не скакать же целый день голодными?

В этот раз Олег снова ошибся: обратный путь до плота занял на лошадях не один, а два дня. Пробиваться через заросли верхом было ничуть не легче, нежели пешком, хотя кони двигались, конечно, заметно ходче, да и следить за рекой путникам теперь не требовалось. Зато впервые за многие дни люди смогли нормально поесть и отдохнуть — в седельных сумках нашлись и огниво, и соль с перцем, и котелки для каши, и крупа, и подстилки для сна. Учитывая обстоятельства, такие немудреные удобства показались всем верхом блаженства. Ну и, конечно, мясо. Ешь, сколько хочешь, от пуза. О будущем можно не думать — конскую тушу все равно не сохранить. Так что, чем больше слопаешь — тем меньше пропадет.

Два дня пути, еще один день — на заготовку припасов. Мясо нарезали на длинные полоски и часть коптили в густом горячем дыму от зеленых осиновых веточек, часть натирали солью. Путники старались сделать все возможное, чтобы в пути не понадобилось сходить на берег. Набив мешки, Ксандр отпустил трофейных коней, с явной тоской глядя на уходящие в лес мясные туши, но… Ни времени, ни места на плоту больше не оставалось. На третьи после схватки у затонувшей ладьи сумерки путники сошли на чуть покачивающийся плот и позволили ему отойти от берега.

— Подсобишь, колдун? — поинтересовался кормчий. — Поутру Любовода и холопа к веслам поставим. Опыта у хозяина моего меньше, но днем и править проще будет. Так поможешь?

— Не вопрос. Делать-то что нужно?

— Как скомандую: «Помогай», — греби туда же, куда и я. Скомандую: «Крути», — греби в обратную сторону. Понял?

— А чего тут не понять?

— Тогда помогай…