Она подала мне руку, и мы обменялись общепринятыми любезностями; я взглянул на нее и увидел, что она смотрит на меня в упор. Если меня не подвело чутье, она спустилась вниз с решимостью взяться за трудное дело. Скотти явно не делал секрета из своего виденья ситуации. Не составляло никакого труда понять причину ее появления. Скотти, вступивший в законный брак с дочерью местного мелкого предпринимателя, был крайне мало пригоден для обольщения, а мисс Ле Фэй Морган (весьма благоразумно) и не пыталась никоим образом обольщать его. Однако, будучи наследником своего отца, я могу доказать и обратное; ведь мой отец казался матери сущим дьяволом.

— Мистер Максвелл? — спросила она.

— Да, — ответил я.

— Я знала вашего отца, — сказала она.

Я не знал, что ответить. Я мог с уверенностью заявить этой женщине прямо в глаза, что она лжет, — и не хотел этого. Когда-то я слышал, что Сара Бернар давала сцену из Эглона в мюзик-холле. Она была стара; так же стара должна была быть и эта женщина — если верить ей (а сейчас я более чем на половину склонялся к тому, чтобы ей верить) — и у нее был такой же золотой грудной голос. Король Лир говорил, что низкий голос у женщин — замечательная вещь, но я сомневаюсь, что он имел в виду именно такой тип низкого голоса.

Я повел ее к своей машине. Она продолжала хранить молчание. Вне всякого сомнения, она была женщиной, хорошо умевшей держать себя в руках; а это очень сильное качество, если действительно знаешь, как им воспользоваться. Посадив ее в машину, я взглянул на ее колени.

А ты совсем не похожа на старую каргу, — глядя на эти колени, сказал я себе. На ногах у нее были изящные темные чулки, весьма подчеркивавшие ее женственность.

В машине она сидела молча. Я почувствовал что должен что-то сказать и отпустил несколько банальных замечаний о городке. Она лаконично ответила «да», не проронив более ни слова, однако чем дольше я сидел рядом с ней, тем острее чувствовал ее присутствие рядом.