Парень снова заохал, как он придет в село, что скажет матери. Лицо его совсем пожелтело.

— Можно мне его увидеть? — попросил он. — Может, с именами произошла ошибка.

— Хорошо, посмотри, — кивнул Димов. — Хотя ошибки и не произошло.

И тут же пожалел, что разрешил парню взглянуть на труп. Тот охнул и, не сказав ни слова, бегом бросился прочь, к селу.

Через четверть часа все было готово. Они перенесли труп в машину, внимательно осмотрели место, где он лежал. Судебный врач уныло затягивался твердой, как карандаш, сигаретой. Димов молча подошел к нему.

— К вечеру я составлю вам подробный протокол, — сказал врач. — А сейчас в общих чертах. Убийство совершено вчера вечером — между семью и десятью часами. Первый удар нанесен сзади, когда убитый был еще на ногах. Удар исключительно сильный, смертельный, хотя убийца орудовал обыкновенным деревянным колом. Правда, убийце помогло, что железнодорожник был без фуражки и, по всей вероятности, не ожидал нападения. Такой удар может нанести только физически сильный мужчина. И, несмотря на это, жертва смогла обернуться к убийце и упала на асфальт навзничь.

Убийца нанес еще два удара колом.

— А почему вы так уверены, что это был кол? — спросил Димов.

— В ранах остались кусочки коры, — ответил врач. — Потом убийца схватил свою жертву под мышки и потащил в кювет.

— А это вы откуда знаете? — едва заметно улыбнулся капитан.

— И на земле, и на каблуках убитого есть следы, которые говорят о том, что его тащили, — холодно сказал врач. — Извините, что я вмешиваюсь в ваши дела, но это так.

— Да, действительно это так, — спокойно кивнул Димов.

— Но есть вещи, которые ставят меня в тупик, — продолжал врач. — Убийца нанес еще девять ударов ножом в живот. Скорее даже не ножом, а узким длинным кинжалом.

Разумеется, бывает, что убийца пырнет раз-другой для верности. Но девять раз! Он его просто изрешетил. И обычно в этих случаях метят в голову или в сердце — в зависимости от оружия, но очень редко в живот. И вот что еще странно: он старательно заткнул все раны землей и травой. Зачем?.. Мне кажется, невозможно найти разумное объяснение. На это должно было уйти много времени, он рисковал, что его застанут на месте преступления.