Я сумел не выдать охватившей меня паники.

– Мне надо кое-что проверить, – сказал я Марисе. – Хочешь вернуться в свою палатку?

– Нет. – Она стояла на коленях возле Кортни, словно молясь. Возможно, она и хотела за нее помолиться. – По-моему, неправильно будет оставлять ее здесь одну.

Через несколько секунд я уже вышел из палатки.

Я почти забыл про ветер, а дыхательную маску снял в палатке, где воздух обогащался кислородом. Теперь же от ветра и разреженного воздуха у меня перехватило дыхание. Впрочем, кислорода в воздухе было примерно столько же, сколько на вершинах самых высоких гор в Альпах, поэтому без маски я вполне мог обойтись. Я постоял немного, давая организму время приспособиться, обвел взглядом лагерь, посмотрел на Хедуолл. Все палатки оказались на месте, а с горы в лагерь по канату никто не спускался. Значит, минимум часа два мы с Марисой будем в лагере одни. По спине снова пробежались холодные пальцы. Антарктика – очень уединенное место, когда поблизости бродит убийца. Я на секунду задумался – не опасно ли оставлять Марису одну? – и решил, что нет. Убийца Кортни наверняка давно скрылся.

Но я все же подобрал свой ледоруб, который бросил, увидев распростертое тело. «Нечего ему валяться в снегу», – мысленно оправдал я свой поступок. Но тяжесть в руке прибавила мне уверенности.

Пятнадцать минут спустя я убедился, что к данным в моем компьютере никто не прикасался. В палатке все выглядело по-прежнему, а охранные файлы компьютера не зарегистрировали попыток взлома. Возможно, убийца по ошибке забрел в палатку Кортни вместо моей, убил девушку и в панике сбежал. А то, как странно выглядело ее замерзшее тело, вероятно, побочный эффект его способа убийства – какого именно, можно будет выяснить, когда мы доставим ее тело на базу Мак-Мердо для вскрытия.