Уже через десять минут я понял, что не ошибся - количество точек, которые вдумчиво Вельс намечал на моем теле, превышало обычное как минимум раза в три! То есть в ближайшем будущем я должен был превратиться в некое подобие опутанного серебряными нитями ежа.

  Перспектива была не особенно приятной, но ради того, чтобы стать мужчиной, я был готов и на худшее...

  ...Следующий час прошел в тишине. Видимо, картина, которую рисовал на мне Брюзга, требовала полного сосредоточения. Слушая его ожесточенное сопение, я пытался представить себе возникающую на моей коже картину и пытался запомнить последовательность нанесения алых точек. В принципе, первое время мне это удавалось: хватало базовых знаний по воздействию иглами на человеческий организм. Но потом их стало не хватать: то, что творил Брюзга, отличалось от известного мне процесса как царапина от шипа с куста ежевики от раны, полученной от удара топора.

  Пока я думал о процессе, Вельс закончил с рисованием и взялся за иглы. Сухонькие руки с тонкими, нервными пальцами втыкали их быстро и почти безболезненно. Одну за другой. В два ряда вдоль позвоночника, в голову, уши, шею, плечи и руки, заднюю и боковую поверхность бедер. Игл было столько, что я вдруг задумался о стоимости всего того серебра и золота, которое ушло на нити, соединяющие их с кристаллами Туманного Рассвета, а кристаллы - с флюгерами: на эти деньги, наверное, можно было бы купить здоровенный дом. В столице. Неподалеку от королевского дворца. И жить в нем, ни в чем себе не отказывая, эдак года два. А то и больше.

  'Угу. А если продать секрет инициации, скажем, роду Брейлей, то можно вообще забыть про деньги'... - усмехнулся внутренний голос. - 'Думаю, что они не пожалеют половины запасов своей фамильной сокровищницы даже для того, чтобы одним глазом посмотреть на происходящее'...