С ним не договоришься. Его не обманешь. Можно только приблизиться и посмотреть в глаза, которые открывают проход лишь в одну сторону. В бесконечность последнего полета. Но среди мертвых птиц Маруша не станет прятаться от птенца, жизнь которого сохранить не сумела. Напротив, она отыщет его, и дальше они полетят вместе. Потому что вместе немножко теплей.

Жизнь - мгновение, в которое мы выбираем, с кем нам лететь после смерти.

Вот и бежала Маруша наверх. Плакала, но бежала. Слезы застилали глаза. А потом дунул ветер и сорвал их. И все предметы сразу же обрели четкие контуры. Вот край трубы, вот высохший до бледной серости сломанный репей, вот пучок примятой травы, а вот... И никакой это не Тот, Кто Сидит На Качелях. Просто металлический столбик, врытый в землю, позабывший свое собственное предназначение. Тот, Кто Сидит На Качелях, вовсе не караулил выход. Маруша ахнула от неожиданности, а потом праздник заполнил ее сердце, напрочь прогнав страх. Птичка резво выскочила на свободу и расправила крылья, намереваясь сразу же взлететь.

И тут она вспомнила о звездах. Ведь звезды никуда не делись. Они все так же скользили по небу и срывались вниз, безжалостно разя тех, кто осмеливался гулять в ночь падающих звезд. И что? Снова юркнуть в трубу. Но ведь она уже ПОЗАДИ.

Однако, странное дело, звезды вовсе не спешили обрушиться на маленькую птичку, прижавшуюся к шероховатому металлу.

8

Маруша робко высунулась из-за густо поросшего травой бугорка. Жалящие осколки вонзались в дрожавшую землю где-то неподалеку. Но не здесь. Вокруг Маруши царило некое запретное пространство, границу которого злые звезды пересекать не осмеливались. Пахло травой, сырой землей, червями, копошащимися меж корней. Вырвавшийся из темных низин ветер приносил запахи расколотого дерева и кувшинок.

- Криииии...

Скрипнуло совсем рядом, и Маруша вздрогнула. Что, если качели построены на этом холме...

- Криииии...