Ланселот пробирался между сгрудившимися на носу людьми, удерживаясь за веревки и канаты. Его черные волосы растрепались.

— По команде Кея всем прыгать за борт! — повторял он вновь и вновь.

— В море? — в ужасе вскрикнул Корс Кант. — Но.., как же моя арфа?

— К берегу поплывем! — поправила его Анлодда, указав в сторону земли.

— Посмотри, тут всего-то полмили, Корс! Ты ведь умеешь плавать?

В ее голосе впервые за все время с начала морского боя прозвучал страх.

— Умею, конечно, — ответил бард, но не уточнил, что ему никогда не доводилось плавать в ледяном море обнаженным, не говоря уже о том, что он, конечно же, никогда не проделывал такого заплыва в одежде, сапогах, с тяжеленным мечом и арфой, за которую страшно переживал.

Они с Анлоддой с трудом удерживались на ногах. «Бладевведд» немилосердно переваливалась с борта на борт, а ютская галера неумолимо приближалась.

От сильного толчка Корс Кант опустился на колени. Анлодда упала на него. Галеру тоже тряхнуло, и скорость ее значительно уменьшилась.

— Мы ударились о дно! — догадался бард.

— О песчаную косу, — уточнила Анлодда. — В один прекрасный день надо будет как следует расчистить гавань.

От «Бладевведд» во все стороны расплывались по волнам весла. Крепкий утренний ветер продолжал толкать «Бладевведд» к ютской галере.

— Люди Хира Эйддила, за борт! — гаркнул Кей громогласно, перекричав треск горящего дерева и шум пожара. Корабль сотрясся — выстрелила катапульта с горящей кормы и осыпала приближающуюся галеру десятками каменных ядер размером с человеческую голову. Большая часть ядер перелетела через вражеское судно, но некоторые угодили на палубу. Один выстрел получился особенно удачным: у ютской галеры оторвало кормовое весло.