— Не желаете выпить? — тут же услужливо поинтересовался тот.

Я кивнула.

— Да, на ваш выбор что-нибудь освежающее.

Мужчина склонил голову и бодро прошел в сторону дома, а я, повернувшись к матери мсье Эндрю, наконец смогла толком ее разглядеть. Для своего совсем не малого возраста выглядела женщина просто восхитительно. Лицо с неизбежными легкими морщинками чуть затеняла модная соломенная шляпка, руки радовали глаз свежим маникюром, светло-сиреневый брючный костюм и вовсе был выше всяких похвал. Чуть улыбнувшись увиденному, я заговорила:

— Добрый день, мадам Салливари. Надеюсь, я не слишком отрываю вас от дел?

Собеседница весело рассмеялась и обвела рукой сад с бассейном.

— Неужели я похожа на занятого человека? И в лучшие-то времена основной моей обязанностью было превосходно выглядеть, а теперь даже в этом нужды особой нет, я не горю желанием активно участвовать в светской жизни столицы, мне вполне хватает выходов в свет примерно раз в неделю. Кстати, мне будет комфортнее, если вы будете называть меня Гайриоль. Договорились?

Я медленно кивнула, пребывая в изумлении. Да, похоже, мсье Эндрю прав, я попала по адресу. Человек, считающий выходы раз в неделю почти полным отсутствием светской жизни, наверняка в курсе всех старых и свежих сплетен.

Тем временем вернулся дворецкий, неся бокал, в котором весело звенели кубики льда, плавающие в чем-то нежно-розовом. Осторожно попробовав, я удовлетворенно кивнула.

— Спасибо, очень вкусно.

Мужчина тут же скрылся из виду, а его хозяйка протянула свой бокал.

— За знакомство!

Чокнувшись, мы выпили, и по мелькнувшему в глазах мадам Гайриоль любопытству я поняла, что пора переходить к цели моего визита.

— Простите, мсье Эндрю говорил, зачем я хочу вас видеть?

Собеседница чуть наморщила лоб и через секунду снова рассмеялась.

— Знаете, Айлия, — полушепотом, как страшную тайну, сообщила она, — я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что мой сын вырос, и, когда его называют мсье, сначала не могу понять, о ком, собственно, речь. Про ваш же визит он ограничился коротким сообщением, что меня будут долго пытать о событиях сорокалетней давности, оставив остальное додумывать самой. Сказал, что полезно тренировать воображение. Но я, стыдно признаться, так и не придумала ничего интересного.