— Мадемуазель Айлия Нуар, — представилась я, освобождая один из плетеных стульев от наваленных на него горшков для рассады.

Когда я расположилась за столом, а оцелот уютно разлегся на моих коленях, детектив налил мне чаю и, пододвигая чашку, посетовал:

— В такую погоду все сидят по домам, за старые кости переживают. А что этим костям сделается? Хорошо, что вы пришли, составите мне компанию. У вас есть время? — забеспокоился он.

— Для чашки чая найдется, — кивнула я. — Тем более что я к вам по делу.

— Как интересно... Давненько ко мне никто по делу не приходил, на днях месяц будет. Видно, преступность потихоньку снижается или преступники глупеют. Надеюсь, вы в курсе, что я больше не занимаюсь непосредственно расследованиями и ограничиваюсь лишь теоретическими изысканиями.

— В курсе. И именно это мне в данный момент и нужно. Скажите, вы помните дело о Розовом Солнце?

Услышав мой вопрос, собеседник поперхнулся печеньем. Бесцеремонно скинув Фаря на стул, я вскочила и с силой постучала детектива по спине.

— Спасибо, — откашлявшись, просипел он. — Простите, что так получилось, но очень уж вы меня удивили. Уже много лет никто, в том числе и я, не вспоминал о той давней истории, ставшей первой и единственной моей полной неудачей. Если не секрет, почему вдруг она вас заинтересовала?

Я приступила к разъяснениям в перерывах между питием чая и откармливанием оцелота печеньем.

— Дело в том, что я собираюсь купить дом, в котором обитал мсье Андэ Морих вплоть до своей смерти, и совершенно естественно, что меня интересует все происшедшее в тех стенах. Кроме того, — решила я добавить ложку меда, — в последнее время я увлеклась расследованиями, и для меня честь пообщаться со столь известным и успешным детективом, как вы.

И почему я не зашла в городскую библиотеку и не полистала старые газеты, чтобы составить себе более полное представление о собеседнике? Ладно, сейчас не время переживать, тем более что мсье Руаппи горделиво расправил плечи и несколько свысока уточнил: