- Верхнедевонский стегоцефал, - отметил Бигелоу, - прекрасно сохранившиеся амфицельные позвонки - выпуклые спереди и вогнутые сзади. Классический позвоночник примитивных амфибий! - не удержался он от восторженного восклицания. - Взгляните, сэр!
- Сейчас посмотрю, - отозвался Кроссби. - Опять запахло дождем или сыростью, - возвестил он и отложил иглу. Бигелоу оторвался от работы и поднял голову.
- Почему же тогда на этих песках ничего не растет? - заметил он. По-видимому, если дожди и выпадают, то это случается крайне редко.
- Может быть, мы прибыли сюда как раз накануне этого редчайшего случая? предположил Кроссби.
Он выпрямился и испытующе оглядел пустынный горизонт. Кроссби простоял так несколько минут и вдруг почти физически ощутил угрожающее одиночество, которое начинало отовсюду наползать неясными предвечерними образами и казалось чутко подстерегающими тенями. Солнце садилось. Кроссби стоял и осматривался в задумчивости еще несколько минут. Потом машинально потянулся за сигаретой.
Смутная, неосознанная тревога закрадывалась и в душу Бигелоу, но он умел не прислушиваться к ней и, опустившись на колени, с сочувственным видом наблюдал за не в меру впечатлительным коллегой. Минуты текли в молчании. В стороне знакомо и успокаивающе позвякивали сбруей лошади. Их выпрягли, и они стояли у фургона в тени с грустным видом, уныло понурив головы, изредка поводя ушами.
- Может быть, вы и правы, - негромко произнес Бигелоу, - хотя и маловероятно.
- Что такое? - переспросил Кроссби.
Бигелоу медлил с ответом, он протянул руку за кистью, посматривая на компаньона. Тот одной рукой прикрыл глаза от низко стоявшего ослепительного солнца, а другой указал вдаль.
- Да, - промолвил он, словно пришел к окончательному выводу, - воздух влажный... Похоже, что, несмотря на абсурдность дождя в пустыне, будет дождь... Что вы на это скажете, Бигелоу? Это феномен, почти феномен! вполголоса добавил он. - Здесь и колодцев никаких нет... Совершенно безводная и бесплодная местность! Дожди приходят оттуда. - И он указал рукой на юго-восток.