Золото, бронза и серебро сверкали и буквально ослепляли игроков, иначе кто-нибудь из них давно заметил бы наблюдателя. Возле костра сидели вовсе не купцы. Это были опытные воины, одетые в потрепанные кожаные доспехи и увешанные боевым, истертым в сражениях оружием. Эльрик сразу определил их принадлежность к той дикой армии, которая существовала во всех мирах, где ему доводилось странствовать. Он набрел на лагерь разбойников.

Однако более странного сборища ему еще не доводилось видеть. Сидевшие вокруг костра принадлежали чуть ли не ко всем расам и самым разным периодам истории Молодых Королевств. Ближе всех к Эльрику, не снимая руки с топора, сидел воин из поздней Лормирианской республики, прекратившей свое существование около двух сотен лет назад. Рядом с ним лежал лучник-чалалит, который вполне мог оказаться современником Эльрика. Рядом с чалалитом сидел насквозь пропыленный илмиоранин-кавалерист из прошлого века. Следующим был филкхариании в варварских одеждах, выходец из весьма древних времен. Собравшихся объединяли, пожалуй, только жестокость и страсть к наживе, наложившие единый отпечаток на лица.

В других обстоятельствах Эльрик предпочел бы обойти этот сброд стороной и двинуться дальше, но он уже давно не встречал людей и решил не обращать внимания на явную опасность. Он продолжал наблюдать за игрой. Вот один из игроков, поспокойнее, чем все остальные, в одежде жителя Пурпурных городов, достал огромную мелпибонэйскую золотую монету. От неожиданности Эльрик едва не выдал себя.

Даже в Мелнибонэ к настоящему времени оставалось всего несколько таких монет. А за пределами империи их и вовсе не было. Эти монеты никогда не использовались для торговли с Молодыми Королевствами. Они считались признаком достоинства благородных родов Мелнибонэ. Эльрику подумалось, что лысый игрок мог добыть такое сокровище только силой и только у какого-нибудь мелнибонэйского паломника. Ни один из соотечественников Эльрика по доброй воле не расстался бы с подобной ценностью.