— Да, —улыбнувшись, промолвил Чадвик. — Сосновые деревья.

Он задумчиво глядел в иллюминатор.

Людмила подошла к приборам, нажала клавишу.

— Говорит исследовательский корабль «Регер». Координаты: кубическая эклиптика 7189–9032-д. Мы поворачиваем к Земле. Привет!

Прибор, восприняв наговоренный текст, преобразовал его в импульсы и стал излучать в направлении Марса. Людмила подумала, что эта радиограмма будет принята Марсом только через шесть часов.

Она прижала ухо к трубке звукоконтроля, вслушиваясь.

Чадвик тронул ее за плечо:

— Идем! В комнату Этики! Отпразднуем возвращение и помечтаем о доме.

Они пошли, обнявшись, к выходу. В этот момент на пульте прогудел зуммер. Удивление и сомнение смешались на лице Людмилы. Чадвик тоже подумал: «Невозможно... Обусловленное время радиоприема еще не наступило. Радиовызов сейчас — полная неожиданность».

В два прыжка он достиг пульта. Настроился на прием. Из контрольного динамика раздались тихие, неотчетливые звуки — чересчур тихие, чтобы их можно было разобрать.

Людмила быстро натянула радиошлем. Затаив дыхание, вслушалась.

— Сигналы постепенно становятся громче, — сказала она. — Значит, мы входим в направленный луч. — И сорвала с головы шлем: — Пеленги, — прошептала девушка. — Это пеленги. Неужели поблизости есть еще один корабль? Но откуда?

— Дай-ка мне, — спокойно попросил Чадвик.

Он надел протянутый девушкой радиошлем.

Да, без сомнения, это были пеленговые сигналы, применяемые флотилиями службы космической безопасности — охотниками за астероидами, которые разыскивали метеоритные потоки, ставили на астероидах предупредительные бакены. Но каким образом оказался здесь такой охотник?

Чадвик снял и протянул ей шлем.

Прошло какое-то время.

— Опять короткие пеленги, — сказала Людмила.

Чадвик передал по бортовому радио: «Командир, прошу в центральный пост».