– А что, по-твоему, – обиделась Вита, – у меня свои? Папа сказал, чтобы только на гарантии! Если грохнется – ты будешь чинить?

– А хотя бы и я! У тебя мать какая? Родная?

– А я знаю?

Академик отвлекся от летающих тарелок и напрягся.

– Придется смотреть. К тебе когда лучше подъехать? – Токарь полез за блокнотом. – Хрена ль нам эта гарантия… Что-нибудь подберем. Наверняка там внутри распальцованных железяк до черта, сделаем встречный апгрейд. И мы с тобой по сеточке, по сеточке…

– Вита, – вежливо сказал академик, – можно тебя на минуточку?

«Легионер» захлопал глазами:

– Пап, ты чего?

– Макс, – вмешался издатель, – не хочу тебя огорчать в преддверии нового тысячелетия…

– Опять торможу? – догадался академик.

– Натюрлих! Особенно кайфово это звучит на фоне твоей теории о компьютерном будущем…

Адам не выдержал и закашлялся.

– Молодой человек, а вы почему все время молчите? Я же с вами собирался поговорить, а не с этими крокодилами. Я им всю жизнь пытаюсь втолковать элементарные истины – вы думаете, есть какой-то эффект? Ошибаетесь! Моя последняя надежда – на эту юную особу. Кстати, вы познакомились? Это моя дочь. Эви…

– Папа!!! – возопил «легионер».

– Вита. Конечно, Вита.

– Очень приятно, – щелкнул «каблуками» Адам. – Адам Липовецкий, капитан морской пехоты, мастер спорта по метанию томагавков, к вашим услугам.

– Чингачгук Вахтангович Рабинович? – мрачно поинтересовался «легионер».

– Вита, как тебе не стыдно?

– А я что? Я этого анекдота все равно не знаю… А как правильно – Адам или Адам? – «Легионер» быстренько сменил тему.

– Вообще-то, конечно, Адам… но на службе этого никто запомнить не в состоянии. Душераздирающее зрелище…