– Ладно, сейчас к Сергею схожу, может, у него сеть… Чистые… – решила бабка Калерия, но в голосе её отчетливо слышалось сомнение.

– Есть, есть! – восторженно завопила Аля.

– А ты откуда знаешь? – немедленно прищурилась бабка.

– Ой, и правда, Калерия Юрьевна, – поспешил вмешаться Адам, – он при мне вчера покупал, упаковку. Я сейчас сам и схожу.

– Куда вы, босиком-то, – с запозданием сообразила Аля, – я сама… – и шустро выскочила за дверь.

– Ты, Адамчик, посиди, – распорядилась Калерия Юрьевна, – а я к гостям пойду. Неловко.

Адам деловито выстирал липкий носок, прополоскал его под струёй воды. Интересно, устроят Саньке миллениум или обойдется? Воспитание детей оставалось для Адама процессом таинственным и непредсказуемым. Его самого практически не воспитывали – и вот, очень даже неплохо получилось. Во всяком случае, сам он искренне считал именно так.

Дверь приоткрылась, и в щели показалась очаровательная остренькая мордашка Леночки Град, троюродной или четвероюродной сестры… или золовки? Во всяком случае, ухаживать за ней точно можно, это Адам выяснил наверняка. Реакция бабки Калерии была однозначно положительной.

– А у тебя пистолет есть? – с ходу спросила Леночка.

– Есть.

– А дашь пострелять?

– Ну… – уклончиво ответил Адам. Леночка погрозила ему пальчиком:

– Обещал!

– В тире, – уточнил Адам. – Не во дворе.

– Не-е, не интересно…

– Во дворе – дам подержать, – предложил он. – Но с предохранителем.

Леночка недоуменно захлопала ресницами и покраснела. Она хотела что-то сказать, но вдруг качнулась вперед и, не устояв на ногах, повисла у Адама на шее. Пахнуло сладкими – слишком сладкими – духами и чем-то еще, куда более приятным.

Алина, впихнувшая её в ванную, ворвалась следом, победно размахивая звездно-полосатыми лыжными носками.