Доковыляв до кейса, он стряхнул с него пыль и повернулся ко мне.

— Справляешься, Рэйчел?

Я невольно почувствовала благодарность. Он сюда не рыцарем на белом коне явился меня спасать, а убедиться, что они честно играют.

— Справляюсь, — прохрипела я. — Только эта сука ни хрена боли не чувствует, а у меня отобрали магию.

Да, я проигрываю. И проигрываю с разгромным счетом. Прости, Дэвид.

Вервольфы неловко переглянулись — на свидетеля они не рассчитывали. Мистер Финли потемнел.

— Кончай фигню, — грубо бросил он, и Карин прыгнула. Когти проскребли борозды в полу, когда она оттолкнулась для прыжка. Ахнув, я упала на спину, чтобы она меня не снесла, прижала ноги к груди, впечатала в нее каблуки в момент приземления и бросила ее дальше, за голову. Удивленный вскрик, тяжелый улар, возглас Дэвида — теперь здесь шло две драки сразу.

Я перекатилась на корточки, развернулась к Карин… Только и успела, что вытаращить глаза и взметнуть руку вверх.

Карин врезалась в меня и свалила на пол. Страх дошел до самого сердца. Нельзя мне дать ей опять вцепиться в горло. Она прокусила мне руку, и я заорала.

Все, с меня хватит.

Я засветила кулаком ей в морду. Она отдернула башку, пробороздив мне руку — жутко больно, — и тут же вернулась опять, рыча еще злее. Но я ощутила проблеск надежды: она почувствовала удар. Я стиснула зубы.

Краем уха я слышала вопли и шум: умница Дэвид затеял драку, разбивая сосредоточенность вервольфов. Круг распадался. Карин мне не победить, но, черт возьми, она меня долго не забудет.

Злость и избыток адреналина свое дело делали.

— Шавка паршивая! — заорала я, и так саданула кулаком ей по уху, что она взвизгнула. — Дворняга вонючая! Пуделиное отродье! А так тебе нравится?! — Я опять ей врезала, ни хрена не видя из-за навернувшихся на глаза слез. — Еще хочешь? Хочешь?!