- Дайте Томми Томсону мой глаз, - сказал человек с выпученными красными глазами.

- Ему можно дать мой нос, - предложила женщина, которую он видел в душе.

- Я ему дам колпак, - сказала Даф, что было встречено одобрительным воем.

Выданный Шоуну кусок пирога почти точно следовал очертаниям остроконечного клоунского колпака. По крайней мере, как ему подумалось, это будет уже конец обеда, и ничего такого страшного в пироге быть не может. Он не Ожидал, что у пирога будет тот же неуловимый вкус, что у остальной еды. Может быть, поэтому он, вызвав бурю восторга, закашлялся и подавился. Очень нескоро Даф принесла ему стакан воды, которая, как он обнаружил, имела тот же вкус.

- Спасибо, - тем не менее выдохнул он, и, когда его кашель и аплодисменты вокруг стихли, смог сказать:

- Спасибо, все уже в порядке. Теперь, если вы меня извините, я думаю пойти спать.

Тот шум, что раньше поднимали жильцы, был ерундой с поднявшимся теперь ревом.

- Еще не было забавы, - возразила Юнити, вскакивая на ноги и от нетерпения подпрыгивая на месте. - Спеть надо за ужин, Томми Томсон.

- Никаких песен и никаких речей, - объявила Амелия. - У нас всегда бывает представление.

- Представление! - стали скандировать обедающие, хлопая и топая в такт по движениям палки Амелии. - Представление! Представление!

Управляющий наклонился к столу Шоуна. Глаза его были краснее обычного и мигали несколько раз в секунду.

- Лучше с ними согласиться, а то они вам покоя не дадут, - тихо произнес он. - Ничего особенного им не надо.

Может быть, то, как наклонился к нему Снелл, показалось Шоуну знакомым. Может ли быть, что он управлял этим отелем, когда Шоун останавливался тут с родителями лет пятьдесят назад? Так сколько же ему должно быть сейчас? Шоун не мог сообразить, потому что вопрос был:

- Что они просят меня сделать?

- Ничего особенного. Ничего такого, с чем не может справиться человек вашего возраста. Пойдемте, я вас отведу, пока они не захотели играть в свои игры.