Диану с Контом оставили равнодушными и мольбы о помощи, раздающиеся из темной подворотни справа. Кто-то кого-то насиловал, а может быть, и наоборот, рогатый муж гонял жену за неугомонный блуд. Люди слишком много кричат и слишком часто пытаются окунуть с головой в помои семейной жизни посторонних, не причастных к их развлечениям людей. За время службы в континентальной полиции Диана твердо усвоила, что в восьмидесяти процентах случаев изнасилования частично виноваты сами жертвы, бездумно задирающие юбки выше колен перед пьяными мордами собутыльников, а в девяти из десяти семейных конфликтов крайним оказывается благородный рыцарь, легкомысленно вступившийся за избиваемую даму. Конт никогда не опускался до прочтения сухих колонок криминальных новостей, но придерживался одного мнения с официальной статистикой. Богатый жизненный опыт великана сполна компенсировал его нелюбовь к цифрам, формулам и процентным соотношениям – вязкой грязи, в которой может легко утонуть даже самый трезвый, расчетливый ум.

Одна темная улочка сменялась другой, их путь проходил по подворотням, крышам сараев, через заборы и помойки. Диана не знала, куда они идут и зачем, Конт же молчал, отделываясь от пытавшейся расспросить его спутницы кратким «потом» или утомляющим ворчанием на тему: «Терпение – основополагающая девичья добродетель».

Великан с орлиным взором, проживший не одну сотню лет, придерживался консервативных взглядов на равноправие полов, то есть совершенно его не признавал, мотивируя свой отказ воспринимать женщину как полноценного человека тем, что равенство прав возможно лишь при полной идентичности возлагаемых на индивидуумов обязанностей, от чего сами же феминистки отчаянно и бегут, впадая в истерики и откровенное словоблудство. «Как барыш делить, так все равны, а как дело делать, так: «Мы слабые женщины, помогите нам, мужчины!» Типичная позиция не желающих работать нахлебниц, только и всего. Какое там к черту равенство прав?! Нет уж, по мне, кто лямку тянет, тот и плоды побед вкушать должен!» – примерно такими словами заканчивался каждый спор авантюристов.