С приходом Джека деятельность группы Сопротивления приобрела конкретный смысл, уйдя от пустопорожних разговоров. Эндфилд считывал информацию, записывал ее, составлял комментарий. Быков, по-своему расставляя акценты, сообщал это «барбосам» — членам подпольного кружка. Джек не выносил их совершенно и старался встречаться с ними, только когда нужно было поправить блокировку против сканирования. Впрочем, они платили Эндфилду той же монетой, считая Капитана слишком чистеньким, довольным жизнью и, в общем-то, случайно примазавшимся к их «борьбе». Но надо отдать должное — «барбосы» были первыми слушателями его изысков.

Глеб действительно был настоящим лидером ячейки, классическим вождем заговорщиков. Он предельно четко знал, что нужно сказать людям, чтобы вызвать и направить их гнев и возмущение. Вообще Быков был феноменальным человеком: обладая животной, обезьяньей силой вожака, одержимый желанием уничтожить несправедливый, кровавый строй, с избытком наполненный психическими комплексами и заморочками, Глеб умудрялся при этом вполне прилично управляться в бою с оружейными системами «Дракона» так, что «обмороки» признавали его за своего. Единственным недостатком штурмана была упрямая вера в силу народных масс, вооруженного восстания угнетенных низших классов. Эндфилд же верил только в элиту Черного Патруля — высококлассных военных специалистов, основную ударную силу «драконов», живую начинку крейсеров-истребителей — самого мощного оружия в известной части Галактики. Но силу совершенно бесхребетную, если рассматривать ее с человеческих категорий.

Накачанные космической энергией, переполненные наркотиком всемогущества от соединения с полевым мозгом крейсера и всей Вселенной, вполне довольные жизнью, привыкшие получать за свой труд самое лучшее, не желающие возвращаться в человеческий мир, твердо уверенные в новом рождении, которое вновь приведет их в боевые рубки «драконов», «мастера» Черного Патруля безропотно гибли за тех, кто в конечном счете позволял им летать.