— Извини, Джек, но пришлось долго приводить себя в порядок. Но я вижу, ты тут не скучал, — с этими словами она устроилась на месте второго пилота.

— Да вот, — произнес Эндфилд. — Сижу, развлекаюсь. Он включил обдув, и легкий подол Никиного платья пополз наверх, оголяя красивые ноги.

— Прекрати, — засмеялась она, придерживая материю руками.

— Летим? — спросил Джек.

Ника махнула рукой, штурмовик, управляемый опытной рукой «дракона», резко ушел вверх. Грав набрал две тысячи метров и поплыл на заход солнца, куда махнула девушка. Ника наклонилась к нему, рассказывая о местных красотах. Эндфилд притворялся, что внимательно слушает, смотрел на то, что девушка ему показывала, иногда даже выводил на экраны с увеличением, хотя спутница негодовала и говорила, что все это нужно видеть своими глазами. На самом же деле его больше привлекал вид, который открывался при колыхании легкой материи в вырезе платья.

Джек понимал, что неприлично и глупо пялиться на грудь, которую видел во всех положениях и ракурсах, но продолжал подсматривать, испытывая легкое смущение. Видимо, запретный плод сладок. .

Девушка, казалось, не замечала этого и продолжала говорить. Ее светлые волосы, подхваченные потоком воздуха, касались его щеки, дурманящий запах тела и волос овевал Капитана, мелодичный голос зачаровывал. Машина парила над освещенной закатным солнцем землей, и Эндфилду казалось, что это длится вечность. Но все же Джек узнал, что флора и фауна были завезены с Земли, после того как местная полностью вымерла во времена Вторжения, когда «берсерки» обстреляли планету, вызвав антипарниковый эффект, так называемую «ядерную зиму». В одной из древних воронок, оставшихся от той поры, находится громадное озеро, Голубая Жемчужина, которое Ника хотела обязательно показать Эндфилду.