А тот с мстительной радостью ждал, когда же наконец створки бластеров разойдутся, давая дорогу смертоносному лучу. Малейшее движение — и сомнения робота закончатся.

Эндфилд стоял не двигаясь, не дыша и даже не моргая. Он понял, что это конец, но ему вдруг так не захотелось умирать на глазах торжествующих ублюдков... Сработал инстинкт самосохранения. Хоть он и понимал, что выдает себя с головой, но усилием воли переключил контуры робота. Тот встал по стойке смирно и пролаял: «Следуйте за мной, господин майор, я провожу вас», к великому разочарованию солдатни.

Выходя из зала, Эндфилд услышал, как Ричардса выдернули и из скафандра. Капрал задышал ему в лицо:

— Так какие, ты говоришь, порядки на Деметре, сука? — и согнул его ударом приклада бластера в живот, а сзади кто-то из солдат ударил транспортного пилота по почкам... и «Надеюсь, его не забьют до смерти», — подумал Джек, когда он и его конвоир погрузились в лифт.

Набранные из городского отребья нижних кварталов, «ржавые», военнослужащие частей Планетной Охраны, считали оскорблением для себя спокойный, уверенный голос и вид оппонента, искренне верили в святое, от бога данное им право унижать и оскорблять, бить и глумиться, обыскивать, безнаказанно грабить, убивать неугодных.

Офис Службы поразил Эндфилда помпезной, вычурной и ненужной роскошью. Мрамор, чрезвычайно редкое и дорогое красное дерево в стеновых панелях, обитые кожей металлополевые бронедвери, ширина которых соответствовала рангу начальника, берггласовые люстры со светильниками, идеально имитирующими солнечный свет, говорили о том, что для себя СБ денег не жалела. Робот склонился в почтительном поклоне:

«Прошу вас». Эндфилд шагнул мимо согнутой жестянки внутрь. Огляделся. Пожалуй, самым главным здесь был стол. Массивный и прочный, стоял он, блестя полировкой, опираясь на толстые резные ноги. На нем горела лампа, резко очерчивая световой круг. Остальной кабинет утопал в полумраке, лишь смутно вырисовывались высокие, до потолка, деревянные шкафы, за стеклами которых поблескивали золотые буквы печатных книг страшной по нынешним временам редкости.