— Вкусно. — вздохнул Авдей. — Настоящий домашний деревенский сыр. А теперь спать. Барбос, тебе придётся быть настороже. Мало ли какие гады водятся в этих водяных зарослях.

— Будь спокоен — не подведу, — ответил Барбос.

Авдей уже спал. Как ни была Адель встревожена их неприятным местом ночлега, но и она уснула очень быстро. Только верный своему долгу пёс всю ночь не сомкнул глаз. К счастью, никому не было дела до застрявших в заросшей воде путешественников, и ночь прошла спокойно.

Наутро Авдей вновь тянул за собой плот, пробиваясь сквозь обвивающиеся вокруг его ног гибкие стебли. Они рвались, но после немалых усилий. Три раза он влезал на плот, чтобы отдохнуть, а потом заросший участок закончился, и плот легко вплыл во вторую протоку.

— Ну, и славно! — обрадовался Авдей. — На том берегу растут деревья, стало быть, там твёрдая земля. Теперь согласись, Адель, что наш плотик самого что ни на есть подходящего размера. Будь он побольше, мне бы его через заросли не протащить.

— Да, ты был прав, — охотно подтвердила Адель.

— Провидец, — проворчал пёс.

Авдей засмеялся.

— Не горюй, Барбос. Скоро твоё заточение закончится. Погуляешь по травке, разомнёшь лапы.

Адель и сама ощутила счастье, когда ступила на берег. Вроде бы недолго, всего полтора дня провели они на плоту, но и этого времени с избытком хватило на то, чтобы почувствовать всю прелесть твёрдой опоры под ногами. И наконец-то исчезло ощущение ежесекундной неведомой опасности, которая выскочит из водяной ямы в виде жуткого чудовища.

Пока Авдей отдыхал, а Барбос осматривал окрестности, девушка собрала хворост и разожгла костёр. Возможность испечь картофель и съесть его горячим тоже была блаженством.

Барбос появился как всегда неожиданно и бесшумно.

— Всё тихо, — сообщил он. — Но в миле отсюда я видел кострище. Кто-то отдыхал там не позднее сегодняшнего утра.