— Ты даешь! — с восхищением воскликнул Пашка. — Как стихи — наизусть. А как расшифровывается ARPANET?

— Понятия не имею. Для нас роли не играет. Не дошло? Это еще только будет в следующем году! Не существует сегодня такого термина — Интернет. Никто ни сном, ни духом. Андрей криво усмехнулся.

— Мы должны договориться, — помолчав, сказал он. — Пашка — это не игра. Никто, никогда, ни при каких условиях, — выделяя каждое слово, сказал Андрей, — не должен узнать об этом. Понимаешь? Никому!!!! Если это правда, нас убьют и глазом не моргнут. Гэбэшники, црушники, менты, бандиты… Кто угодно. Нас, мать, любого, про кого будет тень подозрения, что он мог что-то видеть или слышать. Это не игра! — повторил он со злостью.

— Да в чем дело-то?

— У нас сейчас апрель, — очень спокойно поведал Андрей. — Десятого ноября умрет Брежнев.

— Твою мать, — ошеломленно пробормотал Павел.

— Дать бы тебе по губам. Она и твоя.

— Ой, не цепляйся. Я ж не то хотел сказать. Он подумал, прикидывая. Покрутил ошеломленно головой, увидев перспективу. — Это ведь власть. Знать такое — это играть против слепых. Не для нас. Кто мы такие? А вот для… Ты прав. Проще сразу повеситься. Там же не только Брежнев. Будет драчка за место, а ты уже знаешь, кто следующий.

— Там четко на пятнадцать лет вперед. В полночь сменилась дата. Появились новости уже следующего дня.

— Ты настолько поверил? Уже?

— Никто не может создать столько бессмысленной информации. Это уровень государства. Но ему это ни к чему. Не будет никто прикалываться столь оригинальным способом. Проверка необходима в любом случае. Но это уже дело, — он махнул рукой, — элементарное. Я нашел выигрышные номера Спортлото до 1986 года. Все тиражи. Пять из тридцати шести и шесть из сорока девяти. Как ты относишься к большим деньгам?

— Хочу свою комнату, — мгновенно выпалил Павел. — Мне уже не три годика. Надоело в тесноте, и постоянно нюхать твои носки.