Для многих из них Андрей давно стал ангелом-хранителем, всегда готовым ссудить десятку или принести очередную бутылку. Пила богема, куда там его знакомым общежитским, из родного города. Те гуляли, время от времени, а эти всегда. Тяжелая жизнь у бедняг. Не понимают, не ценят и все прочее по списку. Крайне необходимо нажраться и забыться.

Идея пришла перед знакомством с Дзинтрой, когда он искал подарок. Поразмыслив, Андрей сообразил, что совсем не плохо подключиться и к этому делу заранее. С серьезными коллекционерами ему не тягаться, но, абсолютно верно зная, чьи картины поднимутся в цене из современников, он регулярно окучивал нескольких таких деятелей. Денег они не возвращали, зато свои рисунки и картины охотно раздавали запросто. Иногда даже приходилось отбирать более удачные.

Хорошо искусствоведам, а его от разного абстракционизма тошнило. Приходилось терпеть, прокручивая в голове ценник в долларах, но при этом имелись у него свои любимые малеватели. Наиболее нормальные и понятные. Вот Егоров здорово передавал настроение и чувства. Вроде ничего особенного. Две не очень четкие фигуры — мужская и женская. Однако поза в движении так откровенно сообщала про распутную жену, готовую упасть в объятия сантехника, что никаких пояснений не требовалось. Выставить такое в СССР никто бы не посмел. Егоров это прекрасно знал… и рисовал.

Когда-то он преподавал в художественном училище, но слишком много закладывал за воротник и его уже давно не брали никуда на работу, наученные горьким опытом. В любой момент, он мог запить до зеленых чертиков и не появиться на важнейшем мероприятии. Приятели, изредка, по старой памяти, подкидывали халтуру, так что на жизнь хватало. Картина обошлась в две бутылки и связку сушенной рыбы на закуску. Через двадцать лет часть его художеств, не пропавших после смерти творца на помойке (а теперь уж если куда и денутся, так лично в Андрееву коллекцию), попадут в музеи и на Запад. Не миллионы, но десятки тысяч фунтов стерлингов они стоить будут. Особенно Егорову удавались рисунки карандашом. У Андрея уже собрался целый альбом. Художник их совершенно не ценил и просто выбрасывал.