– А я не понимаю, почему ты таскал на себе эту дрянь целых сорок дней?

– Татуировка такая. Больше месяца должна к коже приживаться. В темноте. Иначе все насмарку. Зато теперь, Скалли, представь, какой я произведу фурор среди наших коллег, заявившись на очередное совещание с татуированной лысиной.

– Тебе опять пропишут нейролептики, только и всего, - хмыкнула Скалли. - И заставят пройти курс регрессивной психотерапии.

– Обойдутся, - Молдер наконец убрал со стола ноги. - Я сам себе психотерапевт.

– Хорошо, что индейцы тебе только лысину разукрасили, - фыркнула Скалли. - Деммит! - вдруг рявкнула она. - Так вот где папка с материалами по висконсинскому маньяку! Молдер-р-р-р! Да как же ты смел брякнуть на нее свои вонючие лапы!

– А, то-то я понять не мог, что же мне мешает…

– Я должна ее отнести Скиннеру! А ты… Блад бастид

– Скалли, что ты сегодня так торопишься к Железному Вилли? Он тебя вызывал?

– Н-нет… А какое это имеет значение? - опешила Скалли.

– А такое, что с тех пор, как в нашем штате появилась вакансия практикантки и эту вакансию заняла некая особа по имени Тоника Плевински, в кабинет к Скиннеру просто так лишний раз не зайдешь…

– Ты на что это намекаешь, напарник?!

Молдер посмотрел на Скалли невиннейшим взором:

– Ни на что.- Неописуемому выражению его лица мог бы позавидовать даже популярнейший актер Дэвид Духовны. - Ты все равно не поймешь. Тебе по штатному расписанию не положено.

– Молдер, - тяжело сказала Скалли, - а вот это уже сексизм.

– Ай, прекрати! - Молдер картинно махнул ручкой. Но мах получился убогим, потому что протез кисти Молдеру поставили буквально пару месяцев назад, после того как спецагент на собственном опыте убедился, что в озере Мичиган прочно прописался доисторический и вполне живучий зубастый мегалодон. - Я и слова такого не знаю. Ты хотела папку - вот она. Хочешь прямо сейчас ринуться к Скиннеру - пожалуйста. Но за последствия я не ручаюсь.