- Мы не можем, - ответил Брент. - Я не знаю, почему... надо спросит у Оверхольца. Он говорил, что мы изменим... что мир пойдет по другому пути или что-то в этом роде.
- Так ведь это не НАШ мир! У нас-то ничего не изменится?
- Ты думаешь? Если эти проклятые симпаты выиграют войну против лимперов, если они будут продолжать свое забытое искусство, сколько, по-твоему, будут стоить образцы, которые у нас уже есть?
- Ясно, - пробормотал Тэйлор. - Постарайся тогда выиграть время.
- Я сейчас ему скажу, что он ничего не получит, пока не кончит работу. Гримс, скажи своим людям, чтобы они все остановили. И не давайте этим зеленым свиньям дотрагиваться до пушек!
- Будет средство все устроить, - посоветовал Тэйлор. - Дадим ему половину наших взрывателей и митральез, когда он кончит работу, а остальное подарим лимперам, так что они будут в равновесии.
Брент поднял брови.
- Гениально!
Некоторое время он спорил с главой симпатов. Кэллегэн оглянулся. Корабль стоял на равнине. Со всех сторон торчали гигантские грибы и лишайники - основная растительность на Трегге, до того как на нее завезли на кораблях Федерации чужую флору. "Но сколько веков пройдет, - думал Кэллегэн, - пока первая земная разведывательная ракета упадет с облаков." Как раз против главного входа в корабль уходила удивительно прямая тропинка. И по ней, после бурного разговора с Брентом, вождь симпатов повел пассажиров "Коллекционера". Кроме Веги Фрейн, Кэллегэна, Брента и Тэйлора было еще шесть человек Гримса, вооруженных ручными взрывателями и автоматическими ружьями. И еще человек двенадцать воинов-симпатов с длинными, устрашающего вида копьями.
Когда они почти уже исчезли из поля зрения корабля, в дверях появился Оверхольц.
- Не задерживайтесь! - крикнул он. - Я не могу держать корабль больше шести часов!
- Мы сейчас вернемся! - ответил ему Брент.
6.
Резко наступила ночь. И с темнотой пришел свет... очень странный, что-то вроде слабого мерцающего излучения, которое играло на гигантских грибах то голубым, то зеленым светом. Что-то постанывая тяжело пролетело над ними. Какое-то существо каркало с такими правильными интервалами, будто имело хронометр. В воздухе пахло влажной ледяной гнилью.