Он улыбнулся — должно быть, понял, о чем она думает.

— Сутех, — назвала она его настоящим, хемским именем. — Покровитель дельты. Бог, божественная сущность.

— Я заметил тебя. — Он наклонился к ней, и от его близости у Клеопатры вспыхнула если не плоть, то кровь. Она трепетала, как тринадцатилетняя девочка. Как страстно хотелось ощутить его прикосновение… Но ей было далеко не тринадцать, и она понимала, что прикосновения не будет.

— Ты видишь все и всех, — сказала она.

— Такие, как ты, появляются редко. Он дунул на нее. В его дыхании были земля, и лето, и огни, и пустыня. Было все. Ей захотелось лежать на красном песке и упиваться его дыханием, ветром пустыни.

— Нет, — сказал он. — Я предлагаю кое-что получше. Если хочешь, можешь прийти ко мне.

— Разве смею я желать чего-нибудь еще?

— Ты просила жизни. Для себя и твоего повелителя, римлянина.

Клеопатра отогнала все мысли. Лежала, глядя в его очи, где скопилась синева всех вечеров и золото всех звезд.

— Ты не даруешь мне победу?

— Если угодно, можешь получить ее, — ответил Сутех, Сет, властелин дельты, брат Осириса, убийца и охотник, рыжеволосый бог. — Тебе обещан успех. Взять его или отказаться — твое право. И твоего Антония… Одержи победу на море у мыса под названием Акций и возвращайся в Египет со своим повелителем, и он будет любить тебя до самой смерти.

— Об этом я и просила, — сказала царица.

— Или… — Сутех чарующе, лукаво, как смертный, потупился. Наверное, он знал, как это подействует на нее. — Или ты можешь стать моей.

— Твоей рабыней, — проговорила она. — Это, конечно, великая честь, но…

— Женой, — сказал бог. — Я сделаю тебя моей Нефтидой.

Он говорил на греческом о своей сестре-богине.