– Леминг, я Беркут.

– Беркут? - рявкнуло в ответ. - Почему ты нарушил мои инструкции?

– Спокойно, Леминг. - Беркут попытался согнать с лица улыбку, но это ему не удалось. - Мы целы и невредимы. Леминг, мы не ошиблись. Слышишь, Леминг? Двигатель времени уцелел и работает вовсю. Двигатель времени работает, слышишь?

После паузы Леминг сказал:

– Слышу.

– Срочно доставь сюда энергоснимающее устройство, - продолжал Беркут. - Совершенно срочно. Миллионы киловатт уходят в воздух и заражают воздух, слышишь, Леминг?

– Слышу. Немедленно убирайтесь оттуда.

– Спокойно, Леминг! Убираться отсюда не надо. Пришли людей. Больше людей. Пришли Кузьмина, Еселеву, Акопяна. Обязательно пришли Акопяна. И поторопись, Леминг, надо упредить следующий взрыв. Только через голубой туман на вездеходах не пройти. Попроси у межпланетников еще несколько танков высшей защиты. Они тоже не очень спасают, но все-таки…

– Представь себе, я уже подумал об этом, - сказал Леминг чрезвычайно язвительно. (Иван Иванович сделал большие глаза и поднял указательный палец.) - Танки с оборудованием находятся в пути и будут у вас завтра утром. А люди будут у вас через четверть часа. Я выслал три турболета.

– Не стоило бы. - Беркут покосился на экран, где у опушки тайги блестели под солнцем обломки "Галатеи". - Здесь уже есть один турболет.

– Чепуха. Они пройдут над бывшей автострадой на бреющем полете. Ничего им не сделается.

– Леминг покашлял, затем нарочито небрежным голосом осведомился, есть ли у Беркута какие-нибудь соображения относительно этого… как его… голубого тумана.

Иван Иванович затрясся в беззвучном хохоте, широко разевая темно- розовую пасть с крепкими желтоватыми зубами. Беркут ответил:

– Есть соображения. Несомненно, это твоя возлюбленная неквантовая протоматерия. Вернее, продукт ее взаимодействия с воздухом или водяными парами.

– Я так и думал, - сказал Леминг. - Ладно. Ждите. Не рискуйте. До свидания!