— Но мне сдается, что вы несправедливы к тем из нас, кто решил не Модифицировать своих детей. Глядя на ваши работы, можно решить, что родители, не давшие согласия на Модификацию, поголовно страдают от Усталости Родителей и отсылают своих малышей на государственные фермы-ясли и навещают детей только на Рождество. Или что родители ведут варварский, жестокий, развратный образ жизни. — Она посмотрела на свою дочь. — Коринта доставляет мне только радость…

— Мама! — фыркнула из-за книги Коринта.

— …но мне никогда не хотелось мешать ей расти и развиваться. Просто мне казалось, что Модификация — это не решение вопроса. Не для нее.

— И вы считали, что имеете право принимать решение, — заметила я.

— Да. — Она быстро закивала. — Я считала, что обязана принять решение.

Все, кто знал меня, не сомневались бы, что я резко отвечу на такое. Но я молчала. Я смотрела на Коринту, которая потихоньку подглядывала за нами из-за книги.

Молчание затянулось. Коринта снова уткнулась в книгу.

— Мои друзья все еще в доме? — спросила я.

— Да, — ответила Дама. — Они хотят тут поселиться. Думаю, что для шестерых тут как раз хватит места и…

— Пятерых. — Я внезапно осипла. — Думаю, нас будет пятеро.

— А-а-а. — Вид у Дамы был озадаченный. — Мне… жаль.

Коринта отложила книгу в сторону.

— Почему?

Мы с Дамой посмотрели на нее.

— А, я задала грубый вопрос? — спросила Коринта.

— Немного, дорогая, — ответила Дама.

— А-а-а… — протянула я, потом взглянула на Коринту. — Одна из нас хочет… завести часы. То есть запустить обычный биологический механизм старения.

— И? — спросила Коринта.

— Дорогая, — вмешалась Дама. — Иногда, если люди меняются, им становится тяжело продолжать жить вместе.

— Но это же глупо, — ответила Коринта. — Вы даже не ссорились, ничего. Просто одна из вас хочет стать взрослой. Я бы никогда из-за этого не порвала с друзьями.